История заклятой дружбы
- Дебют волейбола на Олимпийских играх состоялся в Японии – и этот факт стал толчком к развитию вида спорта в Стране восходящего солнца.
- Японцы до конца 50х гг. играли в волейбол по «азиатским» правилам, но очень быстро переучились.
- Советские волейбольные функционеры поддерживали японских – гипотетическая конкуренция в будущем должна была служить популяризации волейбола в мире.
- У мужской и женской сборных Японии были разные пути к вершинам пьедестала. Но оба оказались одинаково удачными.
Эта история началась давным-давно, после того как в 1957 году усилиями вице-президента FIVB (Международной федерации волейбола) Владимира Саввина волейбол был признан олимпийским видом спорта. В 1959 году Международному олимпийскому комитету предстояло решить, где волейбол дебютирует в 1964-м. В итоге МОК одобрил заявку столицы Японии – Токио, которому предстояло стать и столицей Игр XVIII летней Олимпиады.
Японцы готовились к домашним Играм основательно и первым же делом после вступления в FIVB утвердили общепринятые правила волейбола: до конца 50-х годов азиатский волейбол использовал вариант игры 9х9, без смены расстановок. Удивительно, что эта разновидность игры сохранилась в некоторых азиатских странах и сегодня. Так, в Китае до сих пор проводят небольшие международные товарищеские турниры по игре в волейбол 9х9 и даже порой приглашают на них российские команды.
Следующим шагом подготовки японских команд стали дебютные выступления на чемпионате мира в Бразилии в 1960 году. Причем системы подготовки мужской и женской команд отличались друг от друга. Женскую сборную возглавил жесткий и авторитарный Хиробуми Даймацу, видевший достижение результата в объемах тренировок, а мужские тренеры выбрали постепенное развитие и движение вперед. Забегая вперед, отметим, что сработали обе системы, но результат пришел к командам в разное время.
Дружба тренеров
В 1961 году в Ленинград рейсом через Москву из Будапешта прилетел невысокий худощавый японец. Звали его Ясутака Мацудайра, его только что назначили вторым тренером мужской сборной Японии. Японская волейбольная ассоциация обратилась к всесоюзной федерации с просьбой оказать методическую помощь тренеру из Страны восходящего солнца. Советская федерация не отказала и, недолго думая, отправила Мацудайру в Ленинград к Анатолию Эйнгорну, бывшему тренеру мужских и женских сборных команд СССР. Анатолий Николаевич в то время тренировал женский СКИФ, работал хирургом в одной из городских больниц, а также много писал о тактике и технике игры, вел колонки в спортивных журналах и всегда был готов обсудить любые волейбольные темы.
Пожалуй, тогда никто из них – ни спортивные функционеры, ни Эйнгорн, ни Мацудайра даже представить не могли, что эта встреча станет знаковой и для волейболистов обеих стран, и для обоих тренеров, да еще и оставит после себя богатое наследие в виде книги «Так побеждать», объединившей размышления, опыт, философию двух великих соавторов.
Мацудайра обрушил на Эйнгорна шквал вопросов, от технических до куда больше волновавших его аспектов психологического взаимодействия тренера с игроками. Например, почему Эйнгорн никогда не кричит на своих подопечных? Однажды после поражения СКИФа в финальном раунде чемпионата СССР (к слову, в той команде Эйнгорна играли чемпионка мира 1956 года Лирика Иванская и будущая олимпийская чемпионка Людмила Михайловская) Мацудайра спросил: «Почему так неровно сыграла команда?» «Потому что я плохой тренер!» — в сердцах ответил расстроенный Анатолий Николаевич. «Вы самый лучший тренер», — сказал японец и… обнял Эйнгорна. Это был очень трогательный момент: японцы славятся своей сдержанностью, и подобное проявление эмоций было показателем расположения Мацудайры к человеку, которого он всю свою последующую жизнь называл учителем и другом.
В 1962 году Мацудайра уже в должности старшего тренера (в те годы так называлась должность главного тренера) привез мужскую сборную Японии на чемпионат мира в Советский Союз. Японцы с блеском выиграли групповой турнир, а в финальном раунде в первом же матче заставили изрядно поволноваться поклонников советской команды. Команда Японии выиграла первый сет — 15:10, затем буквально выцарапала четвертый — 16:14, и все пришлось решать в пятой партии. В этой партии дружина СССР, ведомая блестящим Юрием Чесноковым, с Георгием Мондзолевским, Виталием Коваленко, Иваном Бугаенковым, Николаем Буробиным, Дмитрием Воскобойниковым, Юрием Венгеровским, Юрием Поярковым в расцвете сил и мастерства, буквально разнесла японцев — 15:1. Но тревожный звоночек для команды Гиви Ахвледиани прозвучал!
СССР — Япония. Начало противостояния женских команд
В противовес урожденному аристократу Мацудайре, чья семья владела настоящим средневековым замком, выпускнику престижного университета, женскую сборную возглавил бывший солдат японской армии, а в конце 50-х годов - служащий ткацкой фабрики «Ничибо» Хиробуми Даймацу. Резкий. Жесткий. Безжалостный. Более непохожих друг на друга людей сложно было найти, Даймацу и Мацудайру объединяла только цель: показать результат на домашних Олимпийских играх.
Своих игроков Даймацу не жалел. Он называл их «слабыми, хилыми японскими женщинами» и утверждал, что лишь через невероятные объемы тренировок и фанатичную преданность игре у них есть шансы обыграть советскую команду, не знавшую поражений. Травмы, сломанные пальцы не освобождали девушек от занятий. Про методы тренировок, количество часов, проведенных в зале, слезы, рвоту и сейчас, спустя немало десятилетий, ходят легенды. И это при том, что все девушки были штатными работницами той самой фабрики «Ничибо» и тренироваться могли лишь в свободное от работы время.
Жестокие методы Даймацу дали результат сразу — серебро на дебютном чемпионате мира в далекой Бразилии в 1960-м. А в 1962 году японки покорили вершину: на чемпионате мира отобрали золото у хозяек — сборной СССР!
Это было страшным ударом для команды Советского Союза. Проиграть для Страны Советов уже было немыслимо, а проиграть дома – почти преступление! Алексея Якушева немедленно освободили от занимаемой должности, и готовить сборную к Олимпийским играм предстояло уже Олегу Чехову.
С 1962 года японки прочно обосновались на первых ступенях пьедестала крупнейших турниров и заработали прозвища Ведьмы Востока и Дальневосточный Тайфун. Их тренера Даймацу в мировой прессе прозвали коротко — Дьявол. В 70-х годах, закончив с волейболом, Даймацу написал книгу-исповедь «Следуйте за мной». В ней тренер честно признается, что в своих тренировках он часто перегибал с жесткостью, но говорит также и о том, что ни о чем не жалеет. Обыграть иначе советских волейболисток, повторяет он раз за разом на страницах книги, было невозможно.
«Сейчас, в этот победный миг, кажется, мне простили все те мои жесткие требования и лишения, которые испытала команда до того, как она пришла к победе. Спортсменки признавали правоту тех ужасных моих требований, которые трудно себе представить и с физической, и с моральной точек зрения. Спортсменки прощали меня, хотя я и отнял у них несколько молодых лет, которые никогда уже не вернутся», - писал Дьявол Даймацу.
В 1964 году ткачихи «Ничибо» примерили золото домашних Олимпийских игр. Почти все они буквально на следующий день после завершения турнира объявили, что заканчивают с волейболом.
Вместе с тем жесткий, если не сказать жестокий, эксперимент и те испытания, которым подверг Даймацу свою команду, не прошли даром: в начале 60-х в Японии начался настоящий волейбольный бум. И именно Страна восходящего солнца на долгие годы стала одним из главных двигателей развития мирового волейбола, автором проектов новых турниров и, что немаловажно, источником их финансирования.
Сразу оговоримся, официального звания «полный кавалер наград Олимпийских игр» не существует — его придумали журналисты, когда рассказывали о героях главных стартов четырехлетия и считали, кому же удавалось собрать полный комплект медалей. Кавалеров в индивидуальных дисциплинах разных видов спорта может быть множество, и стать кавалером можно в рамках одного турнира. Например, спринтер пробежит 100 м, 200 м, и две эстафеты, завоюет золото, серебро и бронзу — он уже кавалер. А спортсменам командных дисциплин придется съездить не на одну Олимпиаду — минимум на три.
Мы посчитали, полных кавалеров Олимпийских игр в мужском волейболе за всю историю было всего семь человек. Трое из них — наши: Владимир Кондра (бронза — Мюнхен–1972, серебро — Монреаль–1976, золото — Москва–1980), Максим Михайлов (бронза — Пекин–2008, золото — Лондон–2012, серебро — Токио–2021) и один из ведущих нашего проекта Сергей Тетюхин (две бронзы — Афины–2004 и Пекин–2008, серебро — Сидней–2000, золото — Лондон–2012). А четверо — японцы, которые в 60–70-х годах ХХ века под руководством Ясутаки Мацудайры последовательно завоевали бронзу (Токио–1964), серебро (Мехико–1968) и золото (Мюнхен–1972).
Подход Мацудайры (в разы деликатнее, чем у Даймацу) также сработал, хотя для этого пришлось затратить больше времени и на пути к золоту пройти и другие ступени пьедестала. Но и спортивное долголетие игроков мужской команды Японии – на зависть волейболисткам из женской сборной!
Впрочем, для объективности добавим: бороться с поколением Мондзолевского, Чеснокова и Бугаенкова действительно было сложно и свое золото сборная Японии выиграла, лишь когда великие советские игроки завершили карьеру.
Мацудайра в 1979 году возглавил Японскую волейбольную ассоциацию, в том же году был избран президентом Азиатской конфедерации волейбола. Он автор проектов Мировой лиги и Гран-при — первых ежегодных коммерческих турниров среди сборных (проводились с 1990 по 2017 год). Сейчас Мировая лига и Гран-при носят название Лига наций. В 1988 году Мацудайра стал первым японцем, включенным в Международный зал славы волейбола в американском городе Холиок.
Масло в огонь
После поражения в первом олимпийском турнире среди женских команд советские функционеры обдумывали различные ходы и сценарии и придумывали, как выиграть через четыре года. Но на носу был чемпионат мира — в 1966 году женский и мужской турниры было решено разделить.
Женский собралось было принимать Перу. Но… не подготовилось, в чем и призналось в самый последний момент. Отказ перуанцев поставил FIVB в сложное положение, и руку помощи благородно протянула Япония. Японцы сделали все, чтобы успеть организовать турнир в кратчайшие сроки, но вляпались в политический скандал с названиями ГДР и КНДР, назвав их Восточной Германией и Северной Кореей. Немки и кореянки по настоятельному совету своих руководителей турнир бойкотировали, а командам дружественных странам, в числе которых был весь цвет мирового женского волейбола, — СССР, Чехословакии, Польши, Румынии, Венгрии – было настоятельно рекомендовано сделать то же самое.
В итоге в чемпионате мира в январе 1967 года приняли участие четыре команды — Япония, США, Южная Корея и косвенные виновники безобразия из Перу. Разумеется, японки со своей новой командой (всего три человека из олимпийской дружины) одержали убедительную победу.
Это событие подлило масла в огонь разгоравшегося противостояния женских команд СССР и Японии. Весь мир, затаив дыхание, ждал нового витка — на носу были Игры ХIХ летней Олимпиады в Мехико.
Примерно в это же время в кабинет ответственных спортивных чиновников в Москве входил высокий, с иголочки одетый статный мужчина лет сорока. С заметным грузинским акцентом он сказал: «Я знаю, как обыграть японок в Мехико. А если я этого не сделаю, положу партбилет на стол». Звали мужчину Гиви Александрович Ахвледиани, и это был будущий тренер женской сборной Советского Союза. Человек, который знал цену своему слову: команда, которую он собрал, не проигрывала на протяжении семи следующих лет. Но это уже совсем другая история…